Дети в Стране Советов
В неспокойный XX век в России идеализированный образ ребенка полностью поменялся. И не только образ. Дети перестали быть ангелочками, они превратились в младших товарищей. Ведь главной задачей молодой советской власти было создание нового человека с новым мышлением, новым сознанием и… новым телом.
Крепкое загорелое тело строителя коммунизма не признавало понятия пола. Мы до сих пор встречаем в произведениях советского реализма эти образы. Эта идея отразилась и на детях. Вспомните советские фильмы 30-х годов, девочки и мальчики в одинаковых белых рубашечках и панамках, свободных шароварах   маршируют под дробь барабана. Идея сама по себе замечательная, ведь после многолетних «оков» одежды, свободные маечки и трусики, в которые одели детей, как нельзя отвечали гигиеническим требованиям. Но детское белье сразу потеряло свое лицо, свою особую эстетику и уникальность. Остался лишь голый функционал.
Стиль под   названием «советское белье» появился не сразу, он оттачивался десятилетиями. Казарменный, унифицированный и милитаристский. Исчез социальный символизм, так как было провозглашено равенство классов. Массовое унифицированное производство породило этого некрасивого ребенка, без всяких признаков на пол, эксклюзивность и приватность. Правительство СССР раз в 5 лет решало, какие детские модели будут шить и какие нововведения должны быть, чтобы выполнить пятилетку, какие размеры могут быть, вплоть до кол-ва пуговиц на детском белье. И производство давало. Над образом советского человека работали целые проектные бюро. Унификация и стандартизация – вот основные постулаты в белье, задушившие все остальные.
Эта идея особенно была сильна в   20-30-40-м военных годах при попытке создания коллективистского общества. Но в первые десятилетия после утверждения Советской власти что-то из детского белья предыдущей поры, конечно же, сохранилось. Малышей еще по-прежнему одевали в вещи   сделанные до революции или частным образом. Но нужно признать, что фабрики, например, «Мосбелье», в какой-то степени сохранили в своем ассортименте «дореволюционные модели».
Такой был контраст между коллективистским идеалом, одинаковой одеждой и тем, что люди носили на самом деле, что-то как раз очень приватное, очень разное. А практика сохранения детских вещей жива и по нынешний день. Распространенная в советской культуре, она приближала обычные вещи к статусу реликвий.
Одним из ее проявлений является «донашивание». Особенно часто в практику передачи вещей по наследству включалась детская одежда и белье - дети «вырастают». Но вот пример, как на это реагировали сами дети. Моя хорошая знакомая, будучи девочкой, боролась как могла с этим явлением, донашивая одежду старшей сестры, а особенно колготки. Она разрезала их ножницами и выбрасывала в мусор, утверждая, что они износились. Ее мечтой стала собственная красивая одежда.
Многие 50-летние помнят, конечно, и детский лифчик, простой, с пристегивающимися чулочками. Его носили и мальчики, и девочки в детском саду. Причем женские чулки пристегивались спереди и сзади, а детские – только спереди. Они всегда провисали, чуть ли не до колен, а и из-под штанишек и юбок всегда торчали голые ноги. Это выглядело очень не эстетично и психологически многих травмировало. Поэтому некоторые проявляли не дюжинную смекалку, прибегая к «непреднамеренным социальным изобретениям». Примером могут служить «эрзац-колготки» – сшитые вместе чулки и трусы.           
К слову сказать, чулки были страшно неудобной одеждой. Постоянно отстегивались или «выглядывали». А колготок промышленность в тот период   не предлагала. Кроме того, чулки носили на круглых резинках, очень неудобных, натиравших кожу, но бывших большим дефицитом.
О появившихся позже детских колготках тоже можно вспомнить много интересного. Например, в условиях тотального дефицита не всегда можно было найти необходимый размер. Поэтому покупали имеющийся, а потом удлиняли!   Для этого колготки распускали по петельным столбикам с определенной периодичностью и удлиняли на нужную величину.
Другой оригинальной находкой «народного дизайна детского белья» выступала майка, перешитая в купальник для ребенка: по нижнему срезу в нужном месте которой был проложен шов или пришиты плоские бельевые кнопки.
С нехваткой белья и ситуацией дефицита справлялись традиционно: с помощью спиц и швейной машинки. Теплое белье для малышей вязали. А первые рубашечки шили из выношенной хлопковой ткани. Вообще опыт изготовления белья был в каждой семье, как и машинка Зингер. Приобрести навыки по шитью позволяли школы, кружки или курсы кройки и шитья, которые функционировали в Советской России начиная с 1920-х годов. Со временем мастерство рукоделия вошло в обязательную школьную программу для девочек. Умение шить прививалось на уроках в школе не только в годы дефицита, но и в период «оттепели», когда проблемы с доступностью товаров стали менее актуальными. Что характерно, на этих уроках сначала учили шить трусы и ночные рубашки, а потом все остальное. Вот, например, книжка «Рукодельница» 1950 года учит: «Каждая девушка должна уметь шить себе бюстгальтер и трусы».
Мне кажется, что именно после войны сохранилась традиция утеплять свой быт. Мамы и бабушки говорили, что самое главное – это носить рейтузы. И детство всех девочек того поколения прошло в ужасе от этих слов и самого предмета обсуждения. Тут надо сказать отдельное спасибо китайским товарищам, фабрика «Дружба» предлагала очень симпатичные теплые панталоны, которые, от стирки к стирке сохраняли свой цвет и качество.
Что касается затронутой темы импортного белья, то много импортного детского белья попадало в СССР из стран Варшавского договора:   Восточной Германии, Чехии и т.д. Доблестные жены военных, приезжая в отпуск на родину, привозили полные чемоданы детской одежды и белья. Понятное дело, что качество этих вещей   очень отличалось от «совкового», за этим бельем тщательно ухаживали и передавали из рук в руки. А порой и продавали, даже ношенное.
Многие, наверное, помнят, что Советская пионерская мораль запрещала девочкам, например, под школьной формой что-то более женственное, нежели маечку и трусики. За комбинацию могли вызвать в родительский комитет и отчитать. А уроки физкультуры? Кто не помнит этих хлопчатобумажных трико со штрипками фиолетово цвета. У них оттягивались коленки, они жутко линяли при стирке, а неопытная прачка могла запросто испортить всю остальную одежду этой фиолетовой синевой.   Позже мальчишки из старших классов носили их под брюками вместо колготок. Кальсоны для мальчиков уже были на задворках истории, а колготки уже не позволял носить статус взрослеющего мальчика.
Мое же поколение долго не вылезало из маечек и топиков, игнорируя «взрослое белье» – бюстгальтер, хотя формы давно уже вышли за параметры детских. Думаю, это было вследствие начинающихся перемен: перестройки, музыки Новой волны, а может и быть и банального дефицита. Но я помню, с каким удовольствием моя подруга с 12 лет носила бюстик отечественного производства из хлопка на каркасах в цветочек. Чуть позже очень модным считался бюстик с застежкой спереди, прозванный «Анжеликой». И наша подростковая субкультура утверждала, что только такой бюстик должен быть у взрослеющей девочки… или никакого вообще. Первый мой «взрослый» комплект белья был черного цвета с кружевом. Фирма   Lauma, 90-й год... И чувствовала я себя совершенно взрослой.
Эпоха Советского периода сложна, интересна и неоднозначна. Идеи равенства и братства, тотального спорта во многом может быть были хороши. Но как я рада, что современные детки имеют то, чего были лишены их бабушки, мамы – разнообразия, удобства и индивидуальности. 

Елена Оконешникова

modnoe.ru                                                                                                  

modnoe.ru                                                                                                  

modnoe.ru